Одновременно Венеция развивала собственные ремесла, кораблестроение, производство предметов роскоши, хрусталя и стекла, добычу соли. Она открывала морские пути для больших караванов галер: на восток, в Константинополь и к Черному морю, на Кипр, в Трапезунд и Александрию. На запад, в Барселону и на Майорку, в Лиссабон, Саутгемптон, Брюгге и Лондон. Государство вооружало галеры, регулировало грузопоток, поощряло союзы. Марко Поло и «Книга о разнообразии мира» побуждали жителей Венеции мечтать о далеких горизонтах. Одорик из Порденоне объехал Персию, Индию, Китай и Индостан, чтобы составить свое знаменитое «Описание земель». Николо и Антонио Цено распространяли венецианское влияние к неизведанным северным краям, вплоть до Новой Земли, Гренландии и Исландии, тогда как Кадамосто открыл Рио-Гранде и острова Зеленого Мыса.

«Дорого бы я дал, чтобы присутствовать при всем этом».

Венеция, этот «ничтожный городишко», затерянный в лагуне, стала империей! Фактории множились, добрались до Крита, Коринфа, Смирны и Фессалоников и дальше, по морям, создавая настоящие колонии — так что даже появилась идея сотворить новую Венецию, Венецию Востока… От края до края этих обширных территорий люди становились подданными города Венеции. Но ущемленные народы, зачастую влачившие жалкое существование, представляли собой благодатное поле для турецкой пропаганды, которой в конечном счете и поддались самые нищие страны. Контроль столь обширных территорий и усиленная эксплуатация требовали таких административных и торговых связей, что имперское равновесие не могло не ослабнуть. И с тех пор…

Венеция сумела сохранить ведущие позиции вплоть до XVI века. А потом былое величие начало увядать. Трудности, возникшие после битвы при Лепанто, испанская гегемония в Италии и активное сотрудничество между Испанией и папской курией стали симптомами этого увядания.